Любой человек, увлекающийся фотографированием, в какой-то момент задумывается над тем, почему одни снимки нравятся людям больше других. Почему кадр, над которым долго мучался, вкладывал душу, не вызывает у зрителей отклика? Чем отличаются от прочих фотографии, которые называют художественными?

Фрагмент

У вас воображенье

В минуту дорисует остальное;

Оно у нас проворней живописца,

Вам все равно, с чего бы ни начать,

С бровей ли, с ног ли.

А. С. Пушкин. Каменный гость.

Основные жанры фото – портрет, жанр (в узком значении), пейзаж, натюрморт – пришли из живописи. Но существует также тип изображений, не связанный напрямую с «дофотографическим» прошлым, а родственный скорее кинематографу. Он называется фрагмент или деталь.

Художники в своих эскизах и этюдах прописывали отдельные предметы или части тела персонажей будущих работ, но эти сюжеты никогда не считались самостоятельными, законченными произведениями.

Как известно, на самом деле человек воспринимает только часть ключевых точек изображения, а мозг дорисовывает остальное. Можно сказать, что мы не видим всех объектов, которые находятся у нас перед глазами, а составляем картину «от частного – к общему». Очевидно, поэтому самые реалистичные виды визуального искусства – кинематограф и фотография быстро освоили этот способ воспроизведения окружающего мира.

Правомерно ли считать фрагмент самостоятельным жанром? Жанровые границы базируются на тематических признаках. А в данном случае критерием служит способ съемки. Мы можем сфотографировать пейзажный или архитектурный фрагмент, часть предмета или человеческой фигуры. Каждый раз это будет способ изучения сконцентрированных особых свойств объекта съемки, сами же объекты подразумеваются скорее как закадровый мотив. Создание во фрагменте особого взгляда на реальность позволяет воспринимать его как самостоятельный жанр. Но если вы считаете, что вся фотография – это особый взгляд, а кадр – всегда часть чего-то большего, то остается только один критерий – формально неполное изображение объекта. В любом случае, фрагмент может рассматриваться по крайней мере как «тип изображения».

Деталь способна многое рассказать обо всем предмете и охарактеризовать его ярче и интереснее, чем общий вид. Вспомните метод Шерлока Холмса и цепочку его рассуждений: «По одной капле воды человек, умеющий мыслить логически, может сделать вывод о существовании Атлантического океана или Ниагарского водопада, даже если он не видел ни того, ни другого».

В любом сюжете существует зона, в которой его содержание и внутренние характеристики, конфликты максимально сконцентрированы. В результате выделения ее в отдельный кадр возникает фотографический фрагмент. Он будет рассказывать зрителю о «целом» или демонстрировать в предельном выражении какие-то явления и сущности, не видимые на общем плане. Таким образом, фрагмент может рассматриваться двояко: как символ целого и как отдельный сконцентрированный мир.

Следовательно, восприятие фрагмента способно идти не только по пути дедукции. Изображение части объекта само по себе способно оказаться микрокосмом. Особенно ярко это проявляется в сюжетах макросъемки. При очень сильном увеличении поверхности обычных предметов превращаются в инопланетные пейзажи, а насекомые, снятые крупным планом, выглядят как фантастические монстры. Но даже если поместить в рамку кадра гораздо больше пространства, все равно в ней могут оказаться самодостаточные миры.

«Фрагментируя» действительность с помощью фотокамеры, не стоит забывать о том, что снимок должен быть понятен зрителю. К броской на вид фотозагадке интерес обычно проходит сразу после того, как на нее найден ответ. Если вы помещаете в кадр только части предметов, нужно, чтобы их существование на одном изображении было оправданно. Должна быть логическая или ассоциативная связь элементов композиции.

В каждой тематической разновидности фрагментов фото фотограф решает несколько отличающиеся задачи, сохраняя степень концентрации, «уплотнения» характеристик. В пейзажных снимках обычно отражают взаимоотношения объектов и пространства, особенно на кадрах, в которых архитектурная конструкция отсекает часть ландшафта. Изображения фрагментов зданий демонстрируют яркие стилистические детали или части сооружений, обладающие особым смыслом. Нередко этого достигают, снимая архитектурные ритмические построения, показывая взаимодействие тональных или цветовых пространств.

Самыми парадоксальными являются фотоистории с фрагментом фигуры человека или частью его тела. На таких снимках обычно нет лица, глаз – этого «зеркала души». Все эмоции и всю информацию автор должен передать с помощью изгибов тела, характера одежды и т. д. Здесь, как и во всех остальных случаях фрагментирования, возможны варианты сюжетов с «достройкой» объекта или с приоритетом самодостаточности изображенной части. Вероятно, есть снимки, в которых сходятся обе эти точки зрения. Подобным образом мы воспринимаем, например, не полностью сохранившиеся античные скульптуры.

В натюрморте фрагмент – это разновидность увеличительного стекла, которое позволяющего рассмотреть предметы и явления, которые нельзя увидеть невооруженным глазом, или оставляющего в кадре только самые существенные элементы.

Сверхкрупный план тоже может считаться вариантом фрагмента. В действительно удачном снимке уменьшение количества деталей сопровождается увеличением концентрации эмоционального воздействия на зрителя.

Таким образом, о фрагменте можно говорить как о минималистском методе искусство фото: здесь происходит строгий отбор материала, а простота изображения компенсируется высоким качеством исполнения.

При изображении фрагмента ярче всего проявляется конфликт предмета и пространства. Это достигается при помощи контраста цветовых объемов, плоскостей, ритмов, фактур. Сверхкрупный план оказывает мощное влияние на зрителя.

В случае, когда производится съемка интерьера, фрагмент позволяет вывести из кадра лишнее пространство и ненужные предметы.

В фотонатюрморте привычнее видеть полные изображения объектов. Но экспрессивный минимализм фрагмента можно применить и к этому жанру.

Статью подготовил Андрей Чекановский (Фотоклуб 9х12)